Отказ от отчества учителей — новое ощущение свободы или педагогический инфантилизм?

Тенденция к фамильярности, отказу от обращения по отчеству и на «вы» возникла одновременно с ростом общения на виртуальных площадках. Тренд проникает и в школы: все больше учителей заявляют об осознанном отказе упоминания имени отца и обращении на «ты», считая это проявлением высшей свободы и разрушением преград в коммуникациях педагога и ученика. У такого выбора есть свои сторонники и противники.

Отказ от отчества учителей — новое ощущение свободы или педагогический инфантилизм?

Немного истории. Впервые отчества у русских упоминаются в списках послов, датированных 945 годом, но писались они иначе: «Святослав, сын Глеба». При упоминании великих князей назывались не только отцы, но и деды. Отсыл к предкам подчеркивал связь с родом, наделял ответственностью перед ним. Не случайно в поговорке «звать-величать» заложено возвеличивание рода.

Первые отчества, в привычном для нас виде, появились в XI веке. Они оканчивались на «ич»: Ярославич.

С XV века у отчеств появляется суффикс «-ович» («-евич»): Олегович, Васильевич.

Право на отчество принадлежало высшей знати, остальные же получали его за особые заслуги. Представители других сословий, включая бояр, назывались просто: Михаил, сын Архипа.

Отчество давало возможность прославить свой род, сделать его именитым.

Отказ от отчества учителей — новое ощущение свободы или педагогический инфантилизм?

Табель о рангах, одна из редакций XVIII века

Первый официальный документ, закрепляющий право на отчество — «Табель о рангах» Петра I. В зависимости от ранга отчество имело суффиксы «-ов, -ев» — у простолюдинов и «-ович, -евич» — у знати.

Но широкое распространение отчеств у крестьян возникло только после отмены крепостного права. После революции упоминание отчеств в документах стало обязательным.

Сторонники отказа ссылаются на опыт других стран, где отчества давно перестали быть значимыми. Но почему-то умалчивают о примерах других народов. В Исландии, например, фамилии заменяют патронимы (отчества) или матронимы (матчества), а идентифицируют людей по имени, часто добавляя род профессии, чтобы окончательно не запутаться.

В некоторых районах Индии фамилия выдает касту предков. В арабском языке в имени зашифрованы и место рождения, и прозвище, и имя отца, и титул. Англоязычные страны дают своим младенцам сразу несколько имен.

У многих народов существуют традиции наречения, в них заложен глубинный сакральный смысл. В русской — упоминание отчества носит еще и прикладной характер: при повторяемости фамилий и имен нужен дополнительный идентификатор, который у нас соотносится с принадлежностью к роду, а не со званиями, профессиями или местом рождения.

Отказ от отчества учителей — новое ощущение свободы или педагогический инфантилизм?

Н. П. Богданов-Бельский, «Именины учительницы», 1920-е гг.

Противники отчества говорят, что такие обращения широко употреблялись в Советском Союзе, и это, мол, делало людей несвободными, при этом умалчивая, что полное обращение стирает сословность, формирует достоинство, самоуважение.

Интересны и другие аргументы. В частности, утверждается, что переход на «ты» и обращение к учителю по имени формирует у учеников веру в собственные силы. Так и хочется спросить: «Силы в чем?»

Сторонники фамильярного обращения заявляют: упрощение снижает языковой барьер между учениками и учителями. Вот этот пункт хотелось бы обсудить особо.

Какими кирпичиками выложен этот барьер? Разумеется, многие учителя не успевают за динамично меняющимся миром, им непонятны многие современные термины. Они и представить себе не могут, что увлекательный роман можно назвать сторителлингом, а заполнение отчетов — заливанием контента. Мир современного ребенка говорит на языке «контента», а литературную речь он часто слышит только в школе.

Столкнулась с детьми, которые к 11 годам не знают элементарных понятий. Пришлось объяснять смысл самых простых слов («роща, могучий» и т. д.). И это системное явление, ребенок почти не слышит этих слов. Да, учитель должен понимать современную терминологию, чтобы выявить интересы учеников, но он должен также показывать образцы классического русского языка. Мир «контента» — мир быстрых эмоций, а не чувств. А потеряв свой язык, сможем ли мы остаться в рамках национальной идентичности?

Отказ от отчества учителей — новое ощущение свободы или педагогический инфантилизм?

Уверенность ученика формирует не фамильярное обращение к учителю, а демонстрация взаимного уважения, демонстрация достоинства. Какому достоинству может научить педагог, который постоянно подчеркивает, что между человеком, обладающим знаниями (образованным), и его учеником не существует разницы даже в обращении? Какое уважение к обучению?

Традиционное обращение, сформировавшееся с учетом нашей ментальности, нашей культуры — прекрасный стимул для получения знаний, для стремления к социальному росту.



Сохрани статью себе в соцсеть!





Комментарии ( 0 )
    Оставить комментарий

    Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *