Главная › Интересное › Культура › Что «показывают» святые и случайны ли их жесты?

Что «показывают» святые и случайны ли их жесты?

Недавно мы вкратце познакомились с атрибутами, принятыми в иконографии некоторых святых. Коснулись того, о чем могут рассказать такие символы и как по ним можно различать изображенных святых. Но икона — не портрет, она наполнена смыслом и значением.

Атрибут помогает распознать, кто перед нами. А «зачем» и «о чем» эта икона, помогут понять другие символы. Среди которых существеннейшее место занимает жест.

Основных жестов много меньше, чем атрибутов, но они куда значимее, определяя (а точнее, фокусируя) тот «посыл», который несет миру данный образ.

Например, жест, который мы видим в изображениях Христа и особенно Николая Чудотворца. Очень похожим жестом, называемым «именословным перстосложением», прихожан благословляет священник.

Николай Чудотворец, икона из монастыря Святой Екатерины, XIII век

Естественно, есть у жеста и церковная интерпретация: согнутые, выпрямленные и скрещенные пальцы символизируют буквы IC ХС, монограмму имени Иисуса Христа.

Но не все так просто. Интерпретация интерпретации рознь. Погуглив немного, мы легко найдем иные объяснения этого жеста. Да и других иконографических положений рук. На православных интернет-ресурсах они трактуются в христианском контексте как молитвенное обращение (обращенные к зрителю раскрытые ладони), как символическое изображение Креста (скрещенные на груди руки), и т. д.

Куда разнообразнее интерпретации неправославных авторов! Тут предлагается видеть в положениях рук на иконах то древнюю дохристианскую (естественно, языческую, это особо подчеркивается!), то и вовсе буддийскую символику. А иногда находятся прямые параллели то с масонскими символами, то с сатанинскими. Выводы, естественно, делаются соответствующие: в лучшем случае, что христианство все позаимствовало из более старых учений, в худшем — о глобальном иудео-христианском заговоре против… видимо, против половины цивилизованного мира, но прежде всего, конечно же, против России.

Христос Пантократор (одна из древнейших икон Христа, VI век, монастырь Святой Екатерины)

Действительно, и буддизм, и масонство богаты ритуальной символикой. Вникать в нюансы сатанизма лично у меня желания нет, но… и его символика имеет право пересекаться с христианской. Больше того, не может не пересекаться, существуя в контексте все той же авраической традиции.

Что до заимствования «языческих жестов», то оно действительно имело место. Достаточно вспомнить, что христианство в первые века развивалось среди язычников. Тогда же зарождалась иконография новой религии, к VIII веку оформившаяся в канон. И все «сходства» античной и христианской символики объясняются тем, что знаки на иконах адресованы реальным верующим, современникам, зачастую — неофитам, которые пока не сильны в вероучении. А зачастую и неграмотным, для которых икона — своего рода «рисованое Писание». Которому, таким образом, придется «говорить» на понятном для большинства языке.

Так что жесты не столько придумывали, сколько брали уже имеющиеся, всем понятные. И при этом вполне «светские», и отраженные в соответствующих античных текстах, посвященных риторике, где многим жестам приписываются вполне определенные значения. Разумеется, их могли использовать и языческие священнослужители, и авторы изображений и скульптур религиозной тематики.

Посмотрим на один из самых распространенных жестов христианской иконографии — именословное перстосложение и близкие к нему:

Иисус Христос с хлебом и вином

Как считается, и Христос, и Святой Николай здесь складывают пальцы в благословляющем жесте.

Посмотрим, откуда идет эта традиция.

Вот Синайский Спас, одно из древнейших изображений Христа в образе Спаса.

А вот Христос Судия.

Христос Судия

Судия! Благословляет ли Он?

Еще сюжет, с «говорящим» названием — Благовещение:

А вот он же — в западной иконографии, где еще более выражен испуг Марии в первый момент встречи с ангелом. Это Ботичелли:

Это — Джотто, это почти еще Средневековье. И тут «говорит» вся сценография сюжета. Мария в испуге отшатывается, ангел же говорит: «Радуйся, Благодатная! Господь с Тобою; благословенна Ты между женами».

И да, отсылка к западной иконографии уместна, поскольку европейская иконография долго ориентируется на все те же каноны.

Обратим внимание: на изображениях «благословляющие» Христос, и Николай, и Мария держат в другой руке книгу. Писание, в котором записано… Что? То, что сейчас будет сказано. И жест указывает: «Внимание! Слушайте! Внемлите!»

А благословляет Ангел, скорее уж, здесь — в следующем эпизоде «Благовещения» (разделение этого сюжета на несколько эпизодов-фаз разработано в западной иконографии):

И вся сценография — иная.

И вот тут — исцеление глухонемого:

Наконец, похожий на благословение жест в «Сотворении Евы» Микеланджело:

Иконография, конечно, католическая. Но напомню: эта фреска — часть росписей Сикстинской капеллы, по личному заказу Папы Римского, который (как и церковнослужители-заказчики других изображений), вероятно, кое-что понимал в иконографии и Священном Писании?

Да и самого автора (к слову, глубоко верующего человека), равно как и других западных живописцев, попросту смешно подозревать в непонимании символизма, без учета которого большинство живописных произведений Ренессанса попросту непонятны.

Но идем дальше.

Почему же теперь этот жест и прочитывается, и используется священнослужителями как благословляющий?

Это прочтение идет, насколько удалось разобраться, века с XVI-го. В любом случае, оно позднее. Столетий на семь моложе канона и как минимум на тысячелетие моложе образа с жестом, подобным нынешнему именословному перстосложению.

Почему? Объяснение, в общем-то, лежит на поверхности: за века значения жестов изменились, а каноническая иконография сохранилась.

А вот с чего она начиналась:

«Синайский Спас», VI век, древнейший образ Христа-Пантократора (копия)

Который тогда понимали как призыв прислушаться. Неспроста же в другой руке Христа или святого — книга.

Наконец, еще один, более читаемый жест благословения, простиранием руки, в сюжете «Благословление детей»:

И еще раз предлагаю обратить внимание на сценографию, выражения лиц, позы и пр., создающие эмоциональное наполнение. И сопоставить: где уместнее благословение, где — требование внимания к тому важному, что будет сейчас произнесено.