Как Глум помог людям? Сказка по мотивам скандинавской мифологии

Суровые будни северных народов находили отражение в сказаниях о добре и зле, что породило заметно отличающуюся от картины мира других народов скандинавскую мифологию. По ее мотивам эта сказка.

К. Вестербик, «Пастух с овцами»

В давние времена к необитаемому северному острову пристали три корабля. Едва люди высадились на берег и выгрузили свои пожитки, налетел свирепый ветер и всколыхнул воды. Гигантская волна, как свирепое чудище, набросилась на корабли и утащила их за собой.

В следующий миг море успокоилось. Тёплый весенний ветер, казалось, хотел подбодрить стоящих в растерянности людей: он неторопливо перелетал от одного к другому, ласкал их волосы и лица.

— Это знак судьбы, — промолвил старший из переселенцев.

Все обернулись к нему. Глаза говорящего излучали спокойствие и уверенность.

— Теперь этот остров будет нашим, и никто не посмеет больше притеснять нас. Впереди лето. Мы построим жилища. Будем охотиться и рыбачить. Но сначала обработаем землю и посеем привезённые семена, — закончил свою немногословную речь старик.

Летние дни в тех краях длинные — много успевали сделать люди. Всем нашлась работа, лишь один юноша по имени Глум бродил по острову, вспоминал былые времена и тяжело вздыхал.

На родине он был отменным пастухом. Его овцы давали самую лучшую шерсть, а козы — много вкусного молока. Ещё он славился умением добывать мёд диких пчёл. Здесь же ни овец, ни коз, ни пчёл он не встречал.

Прошло три года. В молодых семьях появились дети, но они начинали болеть, едва матери отлучали их от груди — не было здесь козьего молока, на котором вырастали их отцы и деды.

Женщины-рукодельницы израсходовали всю привезённую шерсть, они только и делали, что латали износившуюся до дыр одежду.

Видел всё это Глум, сердце его сжималось от боли, а помочь соотечественникам он не мог — весь остров исходил, но нигде даже дикого козлёнка не повстречал.

Как-то пошёл Глум в горы, что начинались за лесом. В предгорьях благоухали луговые травы, по небу плыли белоснежные облака. «Как на родине, — мелькнула мысль у парня, — не хватает только овец и коз да жужжания пчёл».

Сел он на валун и взглянул ввысь. Где-то там, за облаками, в мире ванов есть всё, что душе угодно. «Как бы туда попасть?» — подумал Глум.

Вдруг одно огромное облако направилось к земле. Белый пушистый ком на глазах изумлённого парня обернулся невиданной красы лошадью: упитанные бока сверкали чистотой, белоснежная грива искрилась в лучах солнца, словно первосортный шёлк.

Лошадь опустилась возле ног человека и произнесла:

— Редко, очень редко посылает меня король эльфов к людям, чтобы помочь достойному человеку подняться в небеса, туда, где живут боги. Садись на меня, мигом домчу в Эльвхейм, а оттуда прямая дорога в Ванахейм.

Глум не стал дожидаться повторного приглашения, вскочил на спину лошади и крепко обхватил руками её шею. Не успел парень опомниться, как оказался на цветущем лугу.

Множество неизвестных растений протянули навстречу гостю, источая нежный аромат, свои невиданные цветы. Вслед за благоуханием послышалась чарующая мелодия, и на поляну вышли эльфы. У каждого на широкой ленте, переброшенной через плечо, висел струнный музыкальный инструмент. Пальцы эльфов скользили по струнам, заставляя их издавать волшебные звуки. Растения, завидев музыкантов, заколыхались в такт мелодии и запели.

Зачарованный неземной музыкой, Глум направился навстречу. Один из музыкантов протянул парню свой инструмент. Тот взял его, прикоснулся к струнам, и пальцы сами начали перебирать их. Полились звуки, которые с каждым прикосновением всё крепчали и крепчали. Наконец они заглушили мелодию эльфов, и полилась неслыханная в том мире песня. Глум играл и пел о своём суровом крае, о сильных и смелых людях, о своей боли…

Когда утихли последние звуки, парень протянул инструмент эльфу. Тот сказал:

— Природа наделила тебя невиданными способностями. Оставайся с нами. Мы научим тебя своим песням, будешь жить с нами, наслаждаться жизнью и радоваться.

Лишь на миг задумался Глум, а потом промолвил:

— Наслаждаться жизнью — так не получится. Как можно радоваться, когда мои соотечественники страдают? Я иду к ванам за помощью.

И парень рассказал о детях, которым нужно козье молоко. Эльфы понимающе закивали головами. Старший эльф показал тропу, что вела через лес во дворец, и сказал:

— Тогда поскорее иди к нашему королю, лишь он может отправить тебя в Ванахейм.

Глум, попрощавшись с музыкантами, направился к лесу. Его сопровождали певчие птицы, невиданные зверьки и насекомые.

Под лесом на уютной полянке он увидел нескольких эльфов. Они сидели перед мольбертами и что-то увлечённо рисовали. Парень подошёл ближе и загляделся на художников. Один из них в это время закончил рисунок, что-то прошептал, и с мольберта вспорхнула бабочка.

«Вот бы и мне так научиться…», — подумал Глум.

Казалось, эльфы читали мысли. Не успел парень слова промолвить, как старший художник произнёс:

— Садись за мольберт, бери кисть и рисуй то, что хочешь.

— Да я никогда не держал в руках ни красок, ни кистей!

— А ты попробуй!

Глум сел, взял кисть, обмакнул её в белую краску и поднёс к мольберту. Кто водил его рукой — неизвестно, но вскоре на холсте красовалась белоснежная овечка. Эльф что-то прошептал, и чудо свершилось: овечка заблеяла, весело завиляла хвостиком и помчалась в лес.

Придя в себя, парень спросил:

— Могу я эту овечку взять с собой в мир людей?

— В вашем мире она будет невидимой, и шерсти с неё ты не настрижёшь. Оставайся с нами! Ты талантлив. Мы научим тебя оживлять рисунки. Будешь жить как в раю.

— Нет, рай мне нужен, я должен помочь соотечественникам, — ответил Глум и поспешил в лес.

Тропа петляла среди удивительных деревьев и кустарников: на глазах цветы превращались в плоды. Путник проголодался и сорвал один из плодов, положил его в рот. Удивительно, но плод мгновенно растаял, парень даже вкуса не ощутил, зато голод утолил сполна.

Неожиданно из-за деревьев выпорхнула молодая эльфийка, рядом бежала овечка, что недавно сошла с холста. Такой очаровательной девушки Глум ещё не встречал. Парень взглянул в её небесно-синие глаза и позабыл обо всём на свете.

До заката Глум, как та овечка, ходил за юной эльфийкой, слушал её завораживающие песни и льстивые слова. Едва солнце ушло на отдых, исчезла и девушка, а вместе с ней и наваждение, окутавшее Глума.

Он лёг под деревом и мгновенно уснул. Снилось ему, как он возвращается в селение с большим стадом овец и коз, а встречает его очаровательная девушка, похожая на эльфийку.

Но вот утренние лучи солнца прикоснулись к щекам парня. Он вскочил и побежал по тропе, ведущей во дворец. Король эльфов, как и подобает волшебникам, уже всё знал о госте. Он вышел к Глуму, выслушал его просьбу и сказал:

— Тебе незачем идти к ванам. Ты сам настоящий волшебник и можешь дать людям то, что им необходимо. Я дам тебе краски, нарисуешь в своём мире на скале то, что хочешь, и оно оживёт. Только помни, красок хватит лишь на три рисунка.

С этими словами король подал парню краски и трижды стукнул посохом. В то же мгновение появилась белоснежная лошадь. Глум, поблагодарив властелина Эльвхейма, вскочил ей на спину и помчался домой.

Дальше всё было как во сне: ожили стада овец и коз, рой пчёл, нарисованные парнем на скале волшебными красками. А когда Глум подходил к селению, его встречала девушка, что жила по соседству и была как две капли воды похожа на прекрасную жительницу другого мира.



Сохрани статью себе в соцсеть!




Комментарии ( 0 )
    Оставить комментарий

    Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *